2081 год. После катастрофы страна была изолирована от внешнего мира. Русскую литературу, объявленную источником всех бед, заменили шахматами, а вместо романов Толстого, Достоевского и Тургенева в школах и университетах штудируют партии Карпова, Спасского и Ботвинника. Кирилл изучает историю шахмат в аспирантуре, влюбляется, ревнует и живет жизнью вполне обыкновенного молодого человека — до тех пор, пока череда внезапных открытий не ставит под угрозу все его представления о мире. «Табия тридцать два» Алексея Конакова — это и фантасмагорический роман-головоломка о роковых узорах судьбы, и остроумный языковой эксперимент по отмене имперского мышления, и захватывающая антиутопия о попытках раз и навсегда решить вопрос, как нам обустроить Россию.

Перед вами увлекательное повествование, выстроенное по законам шахматной партии и продолжающее традицию таких известных «шахматных» текстов, как «Алиса в Зазеркалье» и «Защита Лужина». И все же это роман не о шахматах, а о литературе. Автор описывает безотрадное будущее, где литература вытеснена и позабыта. На самом деле это ситуация настоящего дня. И то, что литература начинает это осознавать, указывает на первые шаги к преодолению кризиса. Появление «Табии тридцать два» внушает парадоксальный, но отчетливый оптимизм относительно будущего литературы.

— Павел Пепперштейн, писатель, художник

Роман Алексея Конакова создает пространство будущего, в котором раскрывается глубинная мистика шахмат, возможности концов и начал шахматных партий как концов и начал реальности.

— Алла Горбунова, поэт, прозаик